Америка тупеет?

Сьюзен Джейкоби

Интеллекту американцев угрожает большая опасность: мы рискуем утратить свой заработанный тяжкими усилиями культурный капитал, спасовав перед ядовитой смесью антиинтеллектуализма, антирационализма и невысоких запросов.

Эту тему ни за что не осмелится затронуть ни один кандидат на долгой и извилистой дороге к Белому дому. О том, что невежество масс усугубляет серьезные проблемы общенационального значения, почти невозможно говорить, избежав ярлыка "элитист" – одного из самых сильных бранных эпитетов, которого может удостоиться всякий претендент на высокую должность. Напротив, политики постоянно уверяют американцев, что те – "люди простые"; этот снисходительный термин напрасно искать в значимых речах президентов до 1980 года.

 

 

Терпимый порог тупости (перефразируя слова покойного сенатора Дэниэла Патрика Мойнихэна о "росте терпимого порога правонарушений") уже несколько десятилетий неуклонно повышается благодаря совокупному воздействию сил, которым пока невозможно противостоять.

Среди этих факторов – триумф видеокультуры над культурой печатного слова (причем под "видео" я подразумеваю все формы цифровых СМИ, а также более ранних электронных); диспропорция между формальным уровнем образования американцев – он-то повышается – и их смутными представлениями об основах географии, естественных наук и истории.

Первым и главным движителем нового антиинтеллектуализма является видео. Сообщениями о непопулярности чтения книг, газет и журналов нынче уже никого не удивишь. Безразличие к печатному слову ярче всего выражено среди молодежи, но оно продолжает шириться, захватывая американцев всех возрастов, вне зависимости от их уровня образованности.

Согласно докладу Национального фонда содействия работникам искусств США, популярность чтения снизилась не только среди малообразованных слоев. В 1982 году 82% людей с высшим образованием читали для удовольствия романы или стихи; спустя два десятилетия таких нашлось всего 67%. Кроме того, более 40% американцев за год не прочли ни одной книги – ни художественной, ни документальной, вообще никакой. С 1984 по 2000 год процент 17-летних, которые ничего не читали (кроме того, что были обязаны по школьной программе), более чем удвоился. Разумеется, этот промежуток времени почти совпадает с бумом персональных компьютеров, вебсерфинга и компьютерных игр.

Но так ли уж это значимо? Популяризатор науки Стивен Джонсон написал книгу "Все вредное полезно: как современная массовая культура в действительности делает нас умнее", где уверяет, что причин для беспокойства нет. Да, конечно, родители могут увидеть, что их "энергичные и активные дети молча, разинув рот, пялятся в экран". Но эти черты, напоминающие о зомби, – "не признак атрофии мозга. Это знак сосредоточенности".

Вздор. Истинный вопрос в том, от чего 2-3-летние дети отвлекаются, глядя в экран, а не в том, на чем они сосредотачиваются, когда завороженно смотрят фильмы, виданные уже десятки раз.

Несмотря на агрессивную рекламную кампанию, пропагандирующую просмотр фильмов даже полугодовалыми младенцами, нет доказательств, что сосредоточенный взгляд на экран приносит младенцам и детям младшего дошкольного возраста хоть какую-то пользу, а не вред. В исследовании, опубликованном в августе прошлого года, ученые из Университета Вашингтона пришли к выводу, что дети в возрасте 8-16 месяцев распознают в среднем на 6-8 слов меньше на каждый час просмотра фильмов.

Я не могу доказать, что многочасовое чтение в беседке (мое любимое занятие в 13 лет) больше повышает просвещенность граждан, чем забавы с игровой приставкой Microsoft Xbox или помешательство на профайлах на Facebook. Но, полагаю, неспособность подолгу сосредотачиваться – в противоположность чтению информации в интернете, маленькими порциями – тесно взаимосвязана с неспособностью аудитории припомнить даже те события, о которых совсем недавно сообщали в новостях.

Поскольку потребители видео становятся все более нетерпеливыми, когда речь идет о процессе усвоения информации из письменных источников, все политики вынуждены излагать свои программы максимально быстро – а в наше время темпы, считающиеся быстрыми, значительно ускорились по сравнению с "быстротой" в прошлом. Согласно выводам Кику Адатто из Гарвардского университета, за период с 1968 по 1988 год средняя продолжительность одного "аудиофрагмента" в новостях о кандидатах в президенты – а именно, выдержки из выступления или интервью кандидата – уменьшилась с 42,3 секунды до 9,8 секунды. К 2000 году, по данным другого исследования гарвардских ученых, "аудиофрагмент" в расчете на одного кандидата составлял уже всего 7,8 секунды в день.

Массовый синдром рассеянного внимания, сформировавшийся под воздействием видео, тесно связан со вторым по значимости антиинтеллектуальным фактором в американской культуре – эрозией базовых знаний.

По данным опроса, проведенного National Geographic-Roper в 2006 году, почти половина американцев в возрасте 18-24 лет не считают необходимым знать, где расположены иностранные государства, в которых происходят важные события. Более трети находят "совершенно неважным" знание иностранного языка, меж тем как "очень важным" его считают лишь 14%.

Это подводит нас к третьему и последнему фактору, стоящему за неотупостью Америки: речь идет не о невежестве как таковом, но о горделивом упоении этим невежеством. Проблема не только в том, чего мы не знаем (задумайтесь: каждый пятый взрослый американец, по данным National Science Foundation, считает, что Солнце обращается вокруг Земли); вся беда в том, что опасное множество американцев пришло к выводу, что им вообще такие знания ни к чему. Назовем это антирационализмом. Его синдром особенно вреден для наших общественных институтов и дискурса. Незнание иностранного языка или местоположения важной страны – проявление невежества; отрицание ценности таких познаний – антирационализм чистой воды. Ядовитый коктейль из антирационализма и невежества препятствует обсуждению государственной политики США в самых разных областях, от здравоохранения до налогообложения.

От этой эпидемии самонадеянного антирационализма и антиинтеллектуализма не существует быстродействующей панацеи; усилия повысить успеваемость в форме ответов на стандартизованные тесты – а именно, заставить учеников вызубрить конкретные вопросы на конкретные вопросы конкретных тестов – не помогут. Более того, люди, являющиеся олицетворением этой проблемы, обычно ее абсолютно не осознают. ("Мало кто сам себя считает противником мысли и культуры", – отметил Хофштадтер). Давно пора провести серьезную общенациональную дискуссию о том, действительно ли мы как нация ценим интеллект и рациональное мышление. Если нынешние выборы действительно окажутся "выборами перемен", низкий уровень дискурса в стране, где разум приучают заниматься низменными предметами, следует поставить на первое место в списке необходимых перемен.

Сьюзен Джейкоби – автор ряда книг, в том числе работы "Век американского антиразума"

The Washington Post 19  февраля  2008
перевод          http://www.inopressa.ru/wp/2008/02/19/15:28:29/dumbing